В начале текущего года владельцы гаражей в Нижнем Новгороде получили счета за аренду земли и схватились за сердце. Выяснилось, что за машино-­место теперь придется платить не просто в разы – в десятки раз больше! Что это? Ошибка в расчетах или людоедская зачистка городской земли? Разбирались вместе с экспертами СПРАВЕДЛИВОЙ РОССИИ.

ВСЮ ПЕНСИЮ ЗА АРЕНДУ БОКСА

    Слухи о том, что нижегородские чиновники планируют пересчитать стоимость аренды земли под нашими гаражами, ходили давно. В прошлом году угроза стала реальностью: министерство наняло подрядчика, который перелопатил все данные: доходность участков, категории земель и их назначение. Из этого винегрета вывели специальную формулу и выкатили гаражно-строительным кооперативам (ГСК) новые счета.
    И вот прилетело. Да так, что коопе­ративы, которые раньше платили десятки или сотни тысяч рублей (в зависимости от площади и близости к центру), теперь оказались должны городскому бюджету миллионы!

    «Вместе с тем все прекрасно понимают, что эти миллионы легли на плечи нижегородцев – владельцев гаражей. Среди которых по большей части пенсионеры, – ­ком­ментирует происходящее член Партии СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ Андрей Боков. – Ситуацию усугубляет то, что в каждом кооперативе немало “потеряшек” – заброшенных боксов, хозяева которых годами не платят взносы. В итоге новые миллионные счета автоматически раскидываются на оставшихся добросовестных соседей. Мне известны случаи, когда этот “раскинутый” долг вместе с расходами на охрану, вывоз мусора и чист­ку снега раздул годовой взнос до 18–20 тысяч рублей! То есть плата за гараж догнала среднюю нижегородскую пенсию. За, по сути, коробку: без воды, без газа и тепла. Хорошо, если свет есть».

    Для рядовых нижегородцев деньги неподъемные, а потому пожилые люди оказались перед нелегким выбором: либо сохранить гараж, либо отдать всю пенсию за «коммуналку» и хоть как-то дотянуть до конца месяца на оставшиеся копейки.

БОРЬБА ЗА «ЛАСТОЧЕК» И ЗАКОН СО ЗВЁЗДОЧКОЙ

    Нижегородцы сдаваться не намерены и вовсю борются за право своих «ласточек» зимовать под крышей. Люди требуют от властей установить для гаражей справедливый коэффициент – 0,35 % от кадастровой стоимости. Точно такой же сейчас действует для таунхаусов и участков под ИЖС. Пойди чиновники навстречу, аренда выросла бы всего в полтора-два раза: и людям по силам, и городской казне прибавка.
    Кроме того, за владельцев гаражей вступились нижегородские справедливороссы.

    «Я направляла депутатский запрос в про­филь­ное ведомство, поднимала этот вопрос перед губернатором, – рассказывает лидер нижегородских справедливороссов Татьяна Гриневич. – ­В от­вет чиновники заявили: мол, все законно, этого требуют новые поправки в Земельный кодекс, которые ­с 1 янва­ря привязали аренду к кадастру. Правда, в минимущества предпочитают умалчивать об одной детали. Федеральный закон требует этого только для свежих договоров, заключенных не раньше 2026 года. А вот на старые соглашения ГСК жесткую коммерческую схему натянули уже по местной инициативе».

А КАК У ДРУГИХ?

    Попытки нижегородского минимущества оправдать миллионные квитанции общероссийской практикой и требованиями Земельного кодекса РФ легко опровергаются опытом других субъектов страны. Федеральное законодательство действительно обязывает рассчитывать аренду от кадастра, но оно оставляет определение конкретных коэффициентов на усмотрение местных властей. И во многих регионах к гаражным кооперативам отнеслись как к социальным, а не коммерческим объектам.
    Вот прекрасный пример – Самарская область. Здесь при переходе на новую кадастровую схему региональные власти законодательно зафиксировали для некоммерческих ГСК минимально возможные ставки аренды – на уровне 0,1–0,3 % от кадастровой стоимости. В итоге платежи для людей выросли лишь символически (в пределах инфляции), а не в десятки раз, как у нас.
    Или взять ­Татарстан. Там кадастровая реформа также не привела к социальному взрыву. Региональное правительство ввело специальные понижающие коэффициенты для земель под «хранение автотранспорта граждан». Логика проста: гаражные боксы убирают машины из дворов и разгружают городские дороги, по­этому душить их миллионными налогами – значит спровоцировать транспортный коллапс во дворах.
    Получается, у нижегородских чиновников были все юридические инструменты, чтобы защитить пенсионеров и ГСК от разорения. Но ими не воспользовались. Видимо, интересы сиюминутного наполнения бюджета оказались выше логики и человечности.

ЧЕРЕЗ ТЕРНИИ К ГАРАЖНОЙ АМНИСТИИ

    Впрочем, чиновники напоминают: нижегородцы могут просто приватизировать землю по программе гаражной амнистии. Казалось бы, вот он – выход! Не из гаража с чемоданами, а из ситуации с кабальными платежами. Минимущества обещает горы «плю­шек»: плата сразу упадет до стандартного земельного налога (всего 1,5 % от кадастра). Вдобавок проезды и проходы перейдут на баланс города, так что уборка мусора и чистка снега станут головной болью мэрии, а не владельцев.

    «Но реальность далека от обещаний, – объясняет Татьяна Гриневич. – Под амнистию попадают только капитальные гаражи, что были построены до 30 декабря 2004 года. Сама процедура намного сложнее дачной амнистии: сбор архивных справок и межевание затягиваются на месяцы, а районные администрации часто штампуют отказы по формальным причинам. Почему это делается? Городу прибыльнее признать старые ГСК самостроем, снести их без выплаты компенсаций, а освободившиеся участки отдать крупным девелоперам под жилую застройку? ­В лю­бо­м случае СПРАВЕДЛИВАЯ РОССИЯ это дело так не оставит. Мы намерены добиваться пересмотра грабительских тарифов и реаль­ного, а не бумажного упрощения гаражной амнистии, чтобы пожилые люди не лишились своего имущества в угоду строительным магнатам».